Jump to content
Новости
  • Форум обновлен до последней версии
  • Новая базовая тема оформления!

Крыс

Пользователи
  • Content Count

    179
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    17

Крыс last won the day on May 16 2015

Крыс had the most liked content!

Community Reputation

41 Очень хороший

3 Followers

About Крыс

  • Rank
    Гладиатор
  • Birthday 02/29/1988

Контакты

  • Сайт
    http://furnation.ru/

Информация

  • Пол
    Мужчина
  • Интересы
    Живой крыс, в отличие от мёртвого льва, имеет шанс

Race

  • Race
    Другой

Recent Profile Visitors

2,992 profile views
  1. Фюзеляж отлично проводил звуки. И если свист ветра слышался как тихий шелест то сейчас когда начали всё громче реветь приближающиеся моторы казалось он немного вибрировал. Тем временем по металлу с наружи ударила пулемётная очередь а чуть позже всё вокруг содрагнулось от взрыва. Однако перестрелка от этого не стихла став только отчаяннее. Галс уткнулся носом в ухо Стрелки и тихо шепнул. -Спи… - он осторожно приобнял крыску – не думаю что им будет до нас дело если не будем шуметь. Мы ведь не будем? -Нет… - так же тихо ответила Стрелка. Судя по всему вороны на смерть сцепились с безумцами. Каркающие команды и низкие вибрирующие звуки напоминающие свист смешивались. В сущности Галс не боялся гибели но вот безумие скрывающиеся в свистящих выкриках буквально лезло в голову будя какие-то странные образы. Совсем как там в подземелье. Всё это подсёгивалось чьим-то предсмертными криками в агонии и стрельбой. Галс осторожно лизнул в ухо Стрелку по которой это наверное било сильнее чем по нему. -Если не спится думай о чём угодно но не о том что происходит сейчас с наружу – подсказал он -Постараюсь… Только не о них… - тихо забормотала Стрелка Галс же боясь что скоро услышит старую речь про «доволен» или «не доволен». А то и по хуже. По тому осторожно выпустив лап винтовку. Таким образом что бы она не ударилась об пол начал аккуратно массировать её шкуру заставляя тело расслабится. У всех крыс обязательно имелось свойство. Переключить внимание всегда было проще всего на нечто неожиданное и невяжущееся с остальным. Вот и сейчас Стрелка вздрагивающая от каждого вопля. Шипения или ещё чего-то сначала напряглась под его лапами только усилив хватку когтями опаснов впившись в его собственню шкуру потом на оборот расслабилась. Конечно он не мог видеть выражения её морды. Но вместо запаха страха а потом пришедшего ему на смену запаха раздражения пришёл я её обычный запах. Да он и сам замечал что крыска пытается обнюхать его шерсть что бы понять его мотивы. Видимо Стрелка абсолютно не могла понять зачем он это делает и сейчас была так поглащена заняием что и в самом деле забыла о бое происходящем вокруг. Тем временем прозвучал ещё один взрыв. Видимо кто-то нашёл растяжку в задней части. И сразу после этого бой пошёл на убыль. И хотя по коридору после этого ещё не раз грохотали когти воронов а они слышали одиночные взрывы не кто из них так и не пришёл проверить одинокую с виду совсем пустую комнату. Хотя Галс видел сквозь щель свет синего фонаря. И даже невольно несколько раз задерживал дыхание как и Стрелка. Но ворон видимо просто освещал себе дорогу а не искал засевших где либо безумцев. Благо проверять все уцелевшие помещения вороны не решались. Видимо побаиваясь что стрельба может привлечь драконов или ещё более крупные силы безумцев. И потому явно не горели желанием потратить лишнее время на поиск всех возможных уцелевших. К этому же времени Галс прекратил массировать Стрелку за что та тут же не сильно сжала зубы на его плече. Вздохнув он продолжил. Благо спать пока было и в самом деле рановато. Хотя в остатках судна и в самом деле воцарился относительный мир. А звуки хлопанья крыльев и двигателей удалялись. Конечно вокруг была ночь могущая скрыть их. Но именно сейчас на звуки стрельбы могли явится новые безумцы. Или драконы. И тогда столь уютного и прогретого убежища у них могло не оказаться. Да и найти их. Даже по запаху было весьма сложно. Кровь. И главное вытекшие из безумцев химикаты отлично отбивали запах. Да и сам запах дыма отлично справлялся с этим. -Ты ведь это сделал специально что бы я растерялась? – неожиданно серьёзно уточнила Стрелка -Что бы думала о чём угодно а не о том что сводит с ума – пояснил Галс И тут же с трудом сдержал тихий писк когда зубы крыски несильно сжались на его плече. -Мог бы и просто укусить… - начала она -Было бы приятнее? – буркнул Галс Стрелка тем же серьёзным голосом продолжила. -…а теперь когда как я поняла мы не куда не идём тебе придётся заниматься моей шкурой пока не засну – закончила она и тут же лизнула его в нос – спасибо… -Ещё бы я чего ни будь понял – пробормотал Галс Крыска устроившаяся по удобнее скорее вздрогнула чем хихикнула в слух. -А тебе оно надо ведовой? – поинтересовалась она -Уже не знаю – устало окончил он Аккуратно перебирая её мех. И чувствуя как сам невольно погружается в дрёму. По сути это место было первым их по настоящему безопасным убежищем на дороге.
  2. Но звуки боя приближались к ним, становясь всё громче и отчётливее. Выругавшись, Галс отдал кинжал Стрелке. — Продолжай. Я займусь встречей гостей. — Хорошо, — быстро кивнула она. Галс повернул голову. — Да, ведовой, — поправил он. — Да, ведовой, — покорно сказала Стрелка, не отрываясь от работы. Галс, уже не таясь, пробежал средь осколков стекла и пепла по гулко звучавшему под его лапами железу. Времени были слишком мало. Он начал быстро собирать растяжки, перекрывая столь удобный подъём. Не смотря на то, что темнело, и он работал почти на ощупь, ему удалось установить два заряда. Подумав, крыс полез наверх, цепляясь за перекорёженные конструкции и нюхая усилившийся ветер, к тому же несший водяную морось. Обхватив лапой одну балку, Галс прикрутил уже собранную взрывчатку к другой. Леску он думал прикрепить наискось от прохода, на случай, если какой-то умник решит сюда залететь. Здесь имелась как раз достаточная для этого прореха. Тихо зашипев, он понял, что водяная крупа переходит в мелкий дождь. Сквозь приближающуюся канонаду донёсся явственный раскат грома. Наконец, совладав с проволокой, он привязал к кольцу леску и, оставив свободно висящий запас, принюхался. Так и есть. Кто бы там не отстреливался с земли, его дела шли неважно. Дирижабль, поднявшись на большую высоту, шарил по земле ослепительными лучами прожекторов. Вороны, кружившие в небе, не жалели снарядов отчаянно отстреливающимся безумцам. Впрочем, судя по длительности перестрелки, с последними всё было не так просто, как могло показаться на первый взгляд. Взяв в зубы свободный конец лески, Галс полез вниз, следя за её натяжением. Нужно было успеть до того, как кто-либо заинтересуется рубкой. Подавив желание спрыгнуть на последних метрах, он заставил себя встать на задние лапы и аккуратно закрепить второй конец лески на какой-то вывернутой арматуре. Теперь выход был основательно перекрыт. Кто бы ни сунулся сюда со стороны болот, он рисковал в два счёта превратить рубку в один большой огненный шар. Закинув рюкзак с остатками взрывчатки и детонаторов на спину, крыс побежал к Стрелке. — Мы закончили, — быстро сказал он. — Мы уходим отсюда? — деловито уточнила Стрелка, закрывая рюкзак с трофеями. Галс невольно хихикнул. Сейчас даже разгоряченное тело начинал пробирать ночной холод. Дождь и поднимающийся от болот вязкий туман грозил напитать шерсть сыростью, обещавшей переохлаждение, если они засядут где-то в одном месте. Или то, что их расстреляют вместе с безумцами. Или что их расстреляют безумцы. Или что они попадут в одну из растяжек, которые сейчас было просто невозможно заметить. — Притворимся, что нас тут нет. Идём. — Притворимся? — в голосе Стрелки была некоторая растерянность. Галс не стал отвечать ей. Вместо этого, когда они нырнули в почти непроглядную темень коридора, зажёг слабый свет фонаря. Решив, что они отошли достаточно, он осветил одну из кают, стараясь не попасть на иллюминатор. И убедившись, что там нет сюрпризов, быстро отвёл луч. — Ты суше меня. Поэтому обустрой нам спальное место... — он замялся. — Насколько я помню, на полу в середине каждой каюты есть двойной люк для эвакуации, открывающийся только изнутри. Обустройся там. Я скоро вернусь. — Хорошо, Галс... — крыска замялась и тут же поправилась: — Да, ведовой! Не отвлекаясь больше на неё, он побежал по коридору, пока не увидел едва различимые блики луча фонаря на воде. Погасив свет, Галс буквально на ощупь восстановил растяжку. Теперь можно было быть спокойным. С какой бы стороны не решили посетить враги — их ждал сюрприз. И, главное, бежать было поздновато, потому что он слышал уже вдалеке шум двигателей и стрельбы. С потушенным фонарём он со всех лап бросился назад в комнату, найдя её больше по запаху и звуку дыхания Стрелки. Крыска ждала его, сделав импровизированный спальный мешок из своего к счастью сухого плаща и ещё одного запасного, взятого из рюкзака. Прыгнув к ней, Галс закрыл люк, на всякий случай захлопнув его не до конца, для верности ударом кинжала заклинив защёлку. Теперь люк снаружи казался таким же закрытым, как и остальные, хотя таковым и не являлся. — Нижний люк проверила? — быстро уточнил Галс. — Гондола плотно лежит? — Неплотно. Почти полметра до земли. Галс кивнул и выпутался из промокшего комбинезона. Так он и его шерсть могли просохнуть куда быстрее. Стрелка, сделавшая из своего комбинезона подобие подушки, прижалась к нему, накрыв их вторым плащом. Теперь оставалось лишь ждать. Галс положил кинжал рядом и поудобнее пристроил винтовку. Конечно, она мало могла помочь, если их обнаружат, но сдаваться сразу он в любом случае не собирался. Рядом с гондолой взорвался первый снаряд. Он невольно прижал уши и сдержал тихий писк, когда крыса испуганно сжала лапу на его плече.
  3. Ветер играл с травой, запутывая в ней клочья тумана, несущиеся над самой болотной водой. Галс медленно полз по остову гондолы. В рюкзаке уже было несколько аккуратно перевязанных брикетов с химической взрывчаткой. В отдельном кульке лежали не менее бережно упакованные детонаторы. Взрывчатка была хорошей. Надёжной. Её можно было бросить в костёр, и Галс не был уверен, будет ли она хотя бы гореть. Да и стучать по ней можно было хоть молотом. Вся соль была в детонаторе, в прямом и переносном смысле. Запуская реакцию, он активировал взрывчатку, после чего та оставляла вокруг себя метров пятьдесят спокойствия и сгоревших планов. Но без них она была интересна разве что химикам. Потому, вынимая детонатор, он аккуратно укладывал его в отдельный свёрток. В отличие от взрывчатки, кидать их в костёр не рекомендовалось. Рядом сопела Стрелка. Как выяснилось, крыска достаточно пришла в себя, чтобы, прижимая ушки, с ужасом смотреть на то, как он разминирует очередной вороний подарок, а не бесстрастно подавать инструмент, как в самом начале. Сейчас их дорога лежала на весьма хорошо сохранившийся мостик. Кто бы что ни говорил, но в подобных суднах гондола была неплохо защищена от пожаров. Особенно когда дело происходило около земли, и команда могла попросту стравить газ из уцелевших баллонов, а не дожидаться, пока они тоже превратятся в огромный факел, весьма и весьма недолговечный. Крысы шли по наклонному полу гондолы, успевшей переломится надвое, то ли от попадания ещё в воздухе, то ли от не слишком удачной посадки. Часть её вообще успела погрузиться в болото: внутрь они попали почти вплавь. — У вас... такие же? — уточнила Стрелка. — Тихо, — почти зашипел Галс и, сделав быстрый шаг назад, несильно сжал зубами ухо тихо пискнувшей Стрелки. После чего снова обвёл едва горящим фонарём поблёскивающий от влаги коридор. Ветер гудел в металлических полых опорах, шуршал травой и плескал водой. Расслышать что либо сейчас было крайне тяжело, и Галса это раздражало. Он чувствовал себя слепым. Чихнув, он быстро побежал наверх. Кто бы ни строил эту гондолу, по всем соображениям мостик было удобней соорудить в носовой части. Да и разбитый стеклянный фонарь, по идее, был именно им. Зелёный свет фонаря выхватывал потухшие плафоны под потолком, а под лапами, грозя прорезать перчатки, хрустели осколки стекла. Вскоре начало светлеть: это сквозь распахнутые настежь створы люка проникал рассеянный отсвет гаснущего неба. Галс погасил фонарь и первым забрался на мостик. — Темно, — тихо пожаловалась Стрелка. — Может... — Закрой глаза и посчитай до десяти, — сухо сказал он. Это и в самом деле помогло. От проникавших сквозь закопчённое стекло едва различимых лучей словно становилось темнее, но сейчас, когда глаза немного привыкли, можно было рассмотреть оборудование, по большей части развороченное. Виной тому был не взрыв и не пожар. Кто-то, напавший на воронов, уже успел потрудиться. Впрочем, это скорее вдохновило Галса, потому что вряд ли вандалы придут сюда второй раз, тем более тем путём, где он нашёл мины. Скорее всего они использовали часть опор спереди, удобно рухнувших и образовавших нечто вроде помоста. — Как будто зубами грызли, — проворчал он, пошевелив лапой провода. — С наших бы сталось, — Стрелка опустила мордочку и понюхала подсохшую жидкость на одной из панелей. — Здесь были конструкты. Конструктами она называла тех самых улучшенных, которых делали на базе безумцы. Впрочем, она называла так всех без разбора, что живые кубы, что просто усиленных металлом пациентов. Где-то вдали раздался звук взрыва, низкие облака озарил всполох. Потом ветер донес звуки стрельбы. Кто и с кем вёл бой, понять было трудно. Разве что одно: он был частично воздушным и шёл где-то рядом с береговой линией. Галс сел на хвост и заглянул в развороченный блок, после чего взял нож. Провода лишь на первый взгляд казались хламом. На самом деле, чтобы воспроизвести обычный проводок в изоляции, требовалось выплавить руду, организовать металлопрокатный цех и придумать изолирующий материал из подручных ресурсов. Без внешней помощи их силами они могли организовать подобное в лучшем случае лет через пять. Поэтому брезговать не приходилось. Тупя кинжал о толстые медные кабели, он быстро срезал их и кидал на пол. Стрелка тут же сворачивала обрезки, пряча в ранец. Туда же шли немногие уцелевшие детали. Галс чувствовал, что в животе невольно поселилось паскудное чувство страха. Когда он был одинокой никому не знакомой ищейкой с большой земли в Астре, он чувствовал себя спокойно. Что бы ни случилось, его гибель или успех могли изменить не больше, чем гибель или успех одной обученной крысы. Здесь же, когда он впервые осознал, что за ним стоит самое настоящее поселение, он был несколько большим, чем просто ищейкой, и умирать кому угодно было... просто нельзя. Потому он старался работать как можно быстрее, чувствуя, как болят лапы, и попутно вслушиваясь в звуки. Оставалось надеяться, что канонада не пойдёт в их сторону. В этом случае любая из сторон, опустившаяся на землю, вполне могла рассмотреть остов гондолы как вполне себе не плохие укрепления.
  4. Крысы полулежали около маленького прикрытого камнями костерка. Света было достаточно, чтобы они могли разглядеть то, что рисовала на очищенном участке земле Кнопка. Семка рассеяно перебирала лапой шёрстку на боку Галса, а Стрелка лежала, положив голову на его бедро. Он не обращал на это внимания. Схемы радиопередатчиков и панелей управлений. Таблицы позывных и графики эфиров. Оказывается, одно и то же сообщение, поданное в разное время, могло означать совершенное разные вещи. У летунов всех видов вообще был негласный устав. Так, к примеру, если два нейтральный судна вступали в зону видимости, то вежливостью считалось начать разговор с метеосводки и возможных погодных проблем — если они шли встречным курсом. А вот если целью полёта было место отправки встречного судна — то общие данные о порте. Вообще, у летунов был универсальный язык обозначений и сигналов, в котором обычный голосовой обмен играл далеко не главную роль: радиоконтакт был не так уж надёжен. Над океаном хватало мест, где сигнал искажался и пропадал. В наушниках порой возникали помехи, схожие с надсадным дыханием или жутким рёвом, который летуны меж собой называли «кашлем богов». Это был не первый проведенный так вечер. Уже две недели, пока вернувшиеся отъедались, залечивая раны, они учили этот сложный язык сигналов. Летунья каждый раз задавала всё более сложные задачи, на которые они должны были ответить без подсказок друг друга. Выслушав очередные ответы, Кнопка выпила немного остывшего отвара и недовольно пошевелила усами. — Я хочу идти с вами, — наконец сказала она. — Вы до сих пор замираете перед каждым ответом как новички из училища! — У тебя половина шерсти почти седая, — напомнил Галс. — И лапы с одной стороны хуже слушаются. Кнопка прижала уши и раздражённо сверкнула глазами. — А если налетите на кого? — поинтересовалась она. — Три тушки много лучше двух? — поинтересовался Галс. — Да и, в этом случае лучше было бы брать Шуйцу, но она нужна тут — если кто-то налетит уже на вас. Семка вздохнула, смотря на летунью. — Но... — всё-таки начала Кнопка. — А если придётся всех нас вывозить? — напомнил Галс. — А с тобой что-то случилось? Да и Штык обидится... Разве нет? Ушки крыски заметно покраснели, как и нос, а сама она быстро отвела взгляд. Стрелка ехидно хихикнула, улыбаясь в усы. — Сиди тут, — сухо закончила Семка. — Им ты точно не поможешь, а нам пригодишься. — Она права, — неожиданно добавила Стрелка. — Без тебя проповеди Штыка станут не так убедительны. Трудно быть убедительным, если думаешь о ком-то всё время. Кнопка молча вгрызлась в небольшой мясистый корень, потом допила отвар и наконец обречённо признала. — Вы правы, — и уже куда более робко добавила. — А когда вы выходите? — Сейчас, — Галс поднялся. Он приобнял Семку и лизнул её в нос. Та на секунду сжала его в объятьях, уткнувшись носом в шёрстку, потом, быстро лизнув в ухо, отпустила. Стрелка нехотя поднялась следом. Она быстро обнялась с Семкой и с Кнопкой, в то время как Галс молча надевал комплект ищейки. Стрелка чуть с опозданием начала надевать свой. За прошедшее время она уже узнала всё необходимое и оказалась прилежной ученицей. Ступив на траву за пределом освещенного круга, Галс постарался не оборачиваться назад. Их маленький лагерь за эти недели стал ему настоящим домом. Крысы и вороны расширяли подземные проходы, надстраивали вытащенной породой и землей укрытия. В лощине неподалёку даже сделали некое подобие фермы, на случай, если им придётся здесь задержать. То же самое было уготовано и небольшому озеру, которое они успели почистить от ила, углубить и даже запустить туда пойманную в других местах рыбу. Галс тряхнул головой. Семка была отличной управляющей, и можно было не сомневаться: если вдруг о них каким-то образом все забудут, то этот маленький лагерь постепенно перерастёт в крысиную базу наподобие Астры. И можно смело предположить, что даже без внешней помощи ещё при жизни крыски заработают первые цеха. Вздохнув, он с наслаждением втянул пахнущий травами предрассветный воздух и, потёршись о бок стоящей на посту Шуйцы, быстро побежал вниз с холма. Было на удивление тихо. Развиднелось, и из-за редких облаков были видны звёзды и первые признаки рассвета. Различить сейчас на фоне тёмной земли крыс не смогло бы даже острое воронье зрение. Потому Галс спокойно бежал вперёд, слыша за собой тихий шорох лап Стрелки. Они долго шли среди трав и мелкого кустарника, не тронутого ни войной, ни мутантами, сворачивая при первом же незнакомом запахе, приносимом дующих навстречу ветром. Ветер сейчас был их верным другом, подробно говоря обо всём, что лежит впереди. Глаза Галса могли увидеть лишь деревья, кусты, небо и землю под лапами. А вот нос — нос говорил, что где-то впереди много дней назад была страшная битва. К сладковатому с лёгкой горчинкой запаху трав примешивался едкий запах старых пожарищ и тухлого мяса. Недолго думая, Галс начал забирать как можно дальше вбок, на поросший деревьями холм. Что бы там ни было — на это стоило взглянуть издали. Стрелка следовала за ним, не задавая вопросов, хотя, как и он, временами поднимала морду, шумно втягивая воздух. Наконец они оказались под кронами раскидистых деревьев, выросших на холме, и Галс упал на живот, метнувшись в тень. Стрелка последовала его примеру. После столь продолжительного забега их бока ходили ходуном: мышечная массу ещё не успела восстановиться после болезни и голода. Впрочем, это было не важно. Сейчас, когда солнце уже успело выползти на небо, бежать вот так по равнине было чревато. Возможности скрыться от безумцев, воронов или драконов не предвиделось, а желания говорить с ними пока не было. Да и неизвестно, стали бы они говорить. Не приняли бы вороны или драконы двух одиноких крыс за безумцев? Не решили бы безумцы, что перед ними переметнувшиеся к налётчикам сородичи? Крыс лежал в уже чётко очерченной тени и всматривался в небо. По счастью утренний ветер гнал с бывшей базы воронов туман, обещавший скрыть землю, а в небе не было ничьих крыл. Еще раз убедившись, что там никого, Галс перевёл взгляд на землю, вглядываясь вдаль. Обломки какого-то дирижабля лежали среди бессмысленно разбросанных коробок подбитой техники. Похоже, дирижабль сгорел не сразу, успев мягко сесть, и уже после этого начался бой с высадившимися войсками. На таком расстоянии нельзя было определить, кто с кем дрался. От размышлений Галса отвлекла Стрелка. Молча достав флягу, она открутила крышку и протянула ему. — Пей. — Ты первая, — недовольно сказал Галс, пошевелив усами, но потом сдался под её укоризненным взглядом. — Хорошо... И, взяв из её лап флягу, сделал пару глотков, после чего вернул Стрелке. Она тоже отпила и заткнула горлышко крышкой, после чего с подчёркнутой аккуратностью повесила флягу на ремень. Поймав чужой взгляд, крыска пояснила: — Семка говорила, что ты готов собственный хвост отгрызть ради Королевы. И просила проследить, чтобы за судьбоносными размышлениями ты, часом, есть не забыл. — Шерсть причёсывать мне она не попросила? — ворчливо поинтересовался Галс. — И, между прочим, большинство из нас живо как раз за счёт того, что выполняло распоряжения Королевы. Стрелка подобралась поближе и лизнула Галса в ухо. — Успокойся, — шепнула она и посмотрела на поле. — Что там? — Техника... Не думаю, что там осталось чего рабочее, — он недовольно дёрнул хвостом. Сейчас, когда солнце светило получше, уцелевшая техника заманчиво блестела краской. — Почему? — не поняла она. — Некоторые машины вроде бы на вид совершенно целы. — Потому, — сухо ответил Галс. — Кто бы там кому морду не начистил, победители должны были унести всё нужное. А оставшееся попортить, а лучше заминировать. Стрелка с задумчивым видом лежала рядом. Потом ещё раз принюхалась и неуверенно поскребла лапой землю. — И... Мы пройдём мимо? — уточнила она. — Нет, — Галс поудобнее вытянулся на земле, стягивая рюкзак. — Взрывчатка. Провода. Инструментарий. Возможно, медикаменты или даже забытые запчасти. Всё то, что нам может пригодиться. Стрелка невольно хихикнула, кладя голову на сложенные лапы. — Не думала, что я буду воровать мины, — заметила она. — Чрезвычайно полезная вещь, — он разложил инструменты. — Но это если небо затянет. Или к ночи. С ловушками поставленными воронами, ящерами, драконами и даже крысами было проще. Много проще, чем с ловушками, которые придумали боги. Ему не раз уже случалось снимать подобное. Как бы не постарались военные, вынести всё они просто не могли.
  5. Потом они все вместе направились в защищённую зарослями низину, где тлел маленький почти бездымный костер, над которым кипел небольшой котелок с травяным отваром. Сидевший рядом Штык разлил его по небольшим крышкам от походных котелков. В качестве еды он раздал собранные в окрестностях коренья и ягоды. Рыба, пойманная в небольшом озере выше в холмах, была очищена от чешуи и сырой отдана воронам. Галс невольно заметил, что ближе всего к огню сидит он с Семкой и Стрелкой. Чуть поодаль находились Штык, Трут, Шуйца и Кнопка. Остальные сидели подальше, не считая Ниба, который был на посту. Всё это имело некий налёт официальности. Поймав его взгляд, Семка кивнула. Надо полагать, девушки уже успели сговориться, и его прогулка на свежий воздух вовсе не была случайной. Оставалось только догадываться, как Стрелка так легко влилась в их компанию. Галс покосился на крыску, что, держа крышку передними лапами, сделала небольшой глоток. Поняв, что на неё смотрят, она недовольно пошевелила усами, а потом неожиданно тепло улыбнулась краешком рта. Похоже она почти излечилась от безумия и обещала ещё немало сюрпризов. Галс, окончательно понявший, куда и зачем его затащили, сделал глоток из своей крышки. Котелки, с которых они были взяты, явно принадлежали когда-то воронам, и были достаточно широки, чтобы быстро остудить варево, оказавшееся горьковато-сладким на вкус и одновременно бодрящим. Чуть прижав уши, он покосился на Штыка. — Одна из ваших священных штучек, да? — поинтересовался он. — Помогает взбодрить дух и привести в порядок тело, — подтвердил Штык. — К счастью, здесь были необходимые травы. Галс кинул в пасть несколько красных ягод, взяв их с листа, на котором они лежали небольшой горкой. — Нужно решить что делать. На побережье есть останки поста чешуйников. Кроме нашего аэробота, скорее всего сломанного, должен иметься и иной транспорт, — начала Семка, — возможно не столь повреждённый. — Неплохо. Думаю, нам может пригодиться как транспорт, так и, надеюсь уцелевшие, припасы, — согласился Галс. — Что с безумцами? — Мы видели совершенно невменяемых одиночек. За одного из них, неожиданно пришедшего в себя, тебя и отчасти принимали, — крыска покосилась на Стрелку. — Драконы и вороны, потеряв несколько судов, больше не пытаются лезть туда и, по-моему, кружат без всякого толка. Так же иногда видны огни и какие-то тени. — Просто замечательно... — он замолчал. — Что с военными? Кнопка, что думаешь ты, как летунья? Задумавшаяся о чём-то летунья встрепенулась, прижав уши. — Что бы они там не планировали — у них это не получилось, ни у драконов, ни у воронов. И судя, по всему, у безумцев тоже, — она сделала небольшую паузу. — Похоже, ни Совет, ни Империя не решаются подкинуть сюда войск, не зная, стоит ли это затраченных сил. — Мы можем связаться с ними с помощью приёмника на аэроботе или каком-либо судне? — Можем, — после некоторой задумчивости сказала она. — Вот только около Божьих Свечей сигнал обычно плохой. А тут весь остров сверкает... Придётся подобраться к ним как можно ближе. Одна из ворон встрепенулась, видимо собираясь каркнуть что-то про крылья, но быстрый взгляд Шуйцы заставил её закрыть клюв. — Нам нужно узнать, что задумали военные, — подвёл итог Галс. — Единственная альтернатива радиоконтакту — поискать раненных. Кто-нибудь видел, все ли сбитые суда упали в непосредственной близости от безумцев? — Одно упало в море. Другое чуть дальше застряло в скалах, где и сгорело. Из-за боязни быть прижатыми и уничтоженными уцелевшими суднами они так и не решились отправиться проверить, остался ли там кто, — сказала Шуйца и тут же пояснила: — Я это видела, когда собирала ягоды и коренья. — Спасибо, — кивнул Галс. Он почувствовал, как закружилась голова, а в горле встал неприятный привкус желчи. Дело было не в еде или питье. Подобное паскудство не раз приключалось с ним когда, считая себя слишком здоровым, он начинал слишком много двигаться. — Что будем делать, Галс? — наконец уточнила Семка. — Послезавтра пойду в госте к Аме, — сухо сказал он, стараясь не выдать своего состояния. Семка тихо вздохнула. — Мне кажется, ты мог бы сформировать группу, — осторожно начала она. — Лучшие сборщики еды у нас Шуйца с её воспитанницами. Трут и Ниб отлично занимаются охраной лагеря. Новеньких в расчёт пока не берём. В лучшем случае они могут просто помочь. Остаётся Кнопка? Крыска невольно пискнула, округлив глаза, а Галс, не сдержавшись, хихикнул, когда Трут прижал уши, явно готовясь защищать её. — Не смешно, Галс, — сухо заметила Семка. — Совершенно, — согласился он. — Тут только я и Стрелка получаются без дела, потому что лагерь никто лучше тебя вести не сможет. Семка наклонилась вперёд и несильно сжала зубами ухо Галса, заставив его пискнуть. И, чуть отстранившись, шепнула. — Меня уже слегка раздражает твоя правота... — и, помедлив, добавила. — Через неделю выдвигаетесь. — Но... — начал было Галс. Но Стрелка со своей стороны повторила жест Семки, правда, тут же лизнув в ухо. — Ниб вообще говорил, что ты только через две недели в норму придешь. Так что не заставляй себя связывать. Хорошо? — Сдружились уже, — мрачно подытожил он, для себя постановив, что Семка и Стрелка сошлись по множеству позиций относительно того, как нужно поступать с его персоной.
  6. Равнина курилась от испаряющейся воды, длинными белыми косами поднимавшейся к низкому молочно-серому небу. Иногда в тумане виднелись силуэты дирижаблей воронов, но чаще предрассветные сумерки порезали лучи прожекторов. Мелькали крылатые фигуры воронов и драконов, на земле в отдалении виднелись какие-то вспышки. Теплый ветер доносил запахи влаги и ржавчины, словно со стороны огромных котлов. Временами долетали звуки далёких взрывов и тихого рокота. Галс покосился на сидящую рядом Стрелку. Она выглядела немногим лучше него: сильно исхудавшая и усталая, как и Семка, сейчас почти подпиравшая его плечом. Крысу пришлось довольно долго уговаривать их, чтобы они помогли вылезти на поверхность и дать осмотреться. — Что Ниб? — поинтересовался он. — Дрессирует те два комка перьев, которые ты зачем-то вытащил от этих мутантов, — проворчала Семка. — А ещё требует разрешения срочно связаться с одним из вороньих дирижаблей. — Он ещё жив? — на всякий случай уточнил Галс. — Самое интересное — да. Пришлось напомнить ему, что военные воюют с безумцами, а если не он, то его подопечные уж точно отлично подходят под это определение, — дернула хвостом Семка. Стрелка отмалчивалась, нахохлившись сидя рядом с ними. — Штык, наверное, проповеди читает? — поинтересовался Галс. — Вместе с Кнопкой. Спелись в последнее время. Девочки в себя приходят. Сначала психовать пробовали, но Шуйца их быстро успокоила. Теперь у неё много учениц. Правда, после первых бесед у Ниба было несколько пациенток, но вроде бы всё уяснили. Стрелка, не выдержав, тихо фыркнула. — Шуйца сама злится последнее время, — она покосилась на Галса. — Никто не знает, что делать дальше. — Что приказала Королева, — напомнил он. Сзади послышался приближающийся шум шагов, и обернувшийся Галс увидел Ниба. Судя по взъерошенным перьям, ворон был взбешён. — Я требую срочно связаться с армией! — хрипло каркнул он. — Мы не вправе отсиживаться! И вы тоже! — Напомни мне свой статус? — поинтересовался Галс. — Заражённый смертник? По-моему, Семка тебе уже рассказывала про это? Сейчас на Нибе не было респиратора, и Галс мог с удовольствием наблюдать за ним. У крыс бытовало мнение, что вороны лишены мимики. Но, по его мнению, это было не так. Многое они выражали перьями, открытым или закрытым клювом, но ещё больше телом, по птичьему обыкновению всегда находящемуся в лёгком движении. Галс невольно тряхнул мордой. Голоса и странное полубезумное состояние ушли. Но вместо этого ум продолжал цепляться за не относящиеся к делу мелочи, на которые он раньше просто не обращал внимания. — Я не об армии воронов, — глухо каркнул Ниб. — Интересно, — Галс сощурился. — Предлагаешь связаться с Империей? Ниб по-птичьи покосился на него одним глазом. — Я о Королеве! Ведь она послала вас сюда не как смертников... а значит, не отреклась от вас. — Всё верно, — согласился Галс, — она нас не забыла. Ниб сделал шаг к нему. — В таком случае нам нужно оружие. Продовольствие. Амуниция и связь, — начал он. — Она уже ввела в этот конфликт всё необходимое, — спокойно ответил Галс. — Её войска действуют здесь. Ниб осёкся, с недоверием смотря на крыса. — Войска? — повторил он. — Войска, — согласился Галс. — Ты на них смотришь. И мы ещё не до конца выполнили задание по урегулированию этого небольшого конфликта. Ворон невольно распахнул клюв, слегка опустив крылья. — Это абсурд! — выдохнул он. — Королева прожила больше пяти тысяч лет. И, полагаю, за эти годы она научилась понимать кого, куда и в каком количестве послать... — Галс сделал паузу, чтобы ворон осознал сказанное. — В любом случае, безумцы отрезаны от технологий богов, а с части территорий им вообще пришлось отступить. Да и ты сам со своими подопечными жив лишь благодаря её воле. Разве нет? Ниб некоторое время смотрел на Галса, потом хрипло поинтересовался. — И что тогда её воля диктует нам дальше? — его голос почти сорвался в карканье на последнем слове. — Для начала восполнить силы и перегруппироваться. Набранные нами рекруты плохо организованы, а в нашей ситуации это даже хуже, чем отсутствие экипировки. Советую тебе отдохнуть, Ниб. Щёлкнув клювом, развернувшийся на месте ворон, мрачно сутулясь, пошёл в одно из выкопанных крысами укрытий. Семка молча протянула Галсу флягу. Вздохнув, он отвинтил крышку и сделал глоток. Вода на сей раз не заставила его вздрогнуть, лишь утолила жажду, которую, оказывается, он всё это время не замечал. Дёрнув хвостом, Галс недовольно пошевелил усами. Так запускать себя не стоило.
  7. Дантист, спасибо! Занимались они тут деверсионной деятельностью по приказу Королевы действующей по соглашению с Советом Воронов. А вот чем занимаются сейчас... Скоро будет видно) Где-то неподалеку раздался шорох. Кто-то еще пролез в отнорок — а теперь Галс не сомневался, что это отнорок — и лёг с другой стороны. Принюхавшись, он понял, что это Стрелка. Её нос ткнулся ему в ухо, проверяя температуру. — Ему лучше, — определила она. — Да. Мы уже успели даже поговорить, — довольно кивнула Семка. Они удобно обняли Галса с двух сторон, похоже считая, что их место именно здесь. Галс тем временем пытался разобраться в их запахах. Судя по всему, и та и другая успели очень сильно устать, но сейчас пришли сюда не для сна. Боги вообще создали всех женщин куда более выносливыми, чем мужчин. Наверное, это было связанно с тем, что им предстояло не раз вынашивать детей в своём животе, живя какое-то время не только за себя, но и за них. Может быть поэтому у них хватало сил не только не погрузится сразу в сон, но и тактично отслеживать его состояние. Окончательно убедившись, что обе крыски берегут его, Галс выдохнул. — Я хочу знать, что произошло, — он произнёс эти слова, разом отрубая длительные диалоги о том, что ему нужен покой и отдых. — Кто бы сомневался, — проворчала Семка. Стрелка промолчала, но целиком поддерживала её, потому что лапа на плече Галса несильно сжалась, пока крыска инстинктивно прикидывала, нужно ли будет его прижимать к земле, если попытается выкинуть что-нибудь из ряда вон. — Я ищейка, — на всякий случай напомнил он, — а ещё ведовой. — А ещё ты у нас на голову сейчас ударенный, — ласково ответила Семка. — А в этой ситуации ведовым до твоего выздоровления становится другой. Галс сам помнил этот пункт. И сам отлично его понимал. Ведовой должна была стать Семка. Он сам назначил её за главную в маленьком отряде, и она одно время уже вела за собой не отряд ищеек с примкнувшими выжившими, а целое гнездо. — Понятно, — Галс расслабился, а обе девушки, не сговариваясь, лизнули его в уши. — Штык и Ниб хором сказали, что тебе сейчас нельзя никаких лекарств, — пояснила Семка. — Так что постарайся не делать глупостей вроде нервов, а мы попробуем рассказать. Хорошо? Галс дёрнул хвостом. Чувствительность постепенно возвращалась. Сейчас он начал ощущать и холод земли, и шершавость ткани расстеленного под ним плаща, и тепло тел крысок. Но всё это доходило через усиливающуюся ноющую боль и слабость. Пытаться бегать сейчас не стоило. А доверять тому, что они расскажут... Почему-то ему казалось, что ничего радостного ждать не приходилось. Просить их не врать тоже не было выходом. — Я хочу знать, что случилось, — повторил Галс. — И я должен знать это достаточно полно. Тогда смогу обдумать и хоть чем-нибудь помочь. — Помочь, — в голосе Стрелки проскользнул горький сарказм, а Семка вздохнула. — Эхо стен поработило тебя, но не полностью. Ты рассказал о безумцах и сказал, что им нужно отрезать проход в подземелье. После чего ты потерял сознание, а где-то послышался шум воды. Стрелка погрузила тебя на всё ещё не пришедшего в себя Трута и смогла вывести вас двоих оттуда, прежде чем все затонуло, а из шахт не начали бить Божьи Свечи. Они, кстати, теперь бьют по всему острову, — она замолчала и посмотрела на Стрелку. — Я правильно рассказываю? — Всё так и было, — согласилась та. Семка, вздохнув, продолжила. — После, решив, что от безумцев ничего не осталось, драконы и вороны, как оказалось дежурившие на самой границе зоны видимости, бросились туда, стремясь доказать что эти земли отныне их, — она замолчала. — Что конкретное друг другу доказать так и не успели. — Почему? — Галс невольно похолодел, пытаясь представить последствия атаки на целое поселение безумцев, потерявшее лишь небольшую часть нижних этажей. Семка тихо хихикнула, почувствовав, как он напрягся. — Сам ведь понимаешь, да? В воде Божьи Свечки появились, ещё неведомо что... — она снова сделала паузу. — В общем, все были заняты делом. Кто-то делал героическую победу, а мы делали ноги. — Те, что делали победу, до сих пор где-то там чудят, — добавила Стрелка. — Всё вокруг окутано туманом. Безумцы. Военные. Пар и Божьи Свечи. Непонятные вещи на месте провалов. Галс с трудом сдержался, чтобы не издать тихий писк. — Что б тебя... — Полегчало? — сердобольно уточнила Семка. — Ну а теперь лежи. Тебя растереть надо. Галс снова покорно расслабился, пока две пары лап заботливо разминали его тело. Он сам не заметил, как погрузился в сон. Сейчас это было лучшим выбором. Поверить в обманное ощущение безопасности меж двух тёплых девушек, одна из которых чуть не стала его завтраком, а другая совсем недавно потеряла ровным счётом всё, попав к нему под начало. Но почему-то и та и другая пеклись об его здоровье, будто он мог что-то поделать с той ситуацией, в которой они очутились.
  8. Ballistic, надеюсь скоро... Застой прошёл) Потом Феррус пойдёт. *** Темнота и боль. В какой-то момент он понял, что уже давно лежит в темноте, но осознал это только сейчас. Ещё прежде чем пришло осознание остального, он инстинктивно зажмурился. Даже раньше, чем вспомнил своё имя и почувствовал медленно разгорающуюся боль там, где была пристёгнута аптечка безумцев. Впрочем, он и сам наверное был безумцем, если пошёл на это... Галс попытался пошевелится, но быстро передумал. Каждый сустав отзывался неимоверной болью. Во рту стоял отвратительный вкус, словно он хлебнул нечистот, а в ушах равномерно шумело, так, что даже понять где он сейчас не было никакой возможности. В голове появилась мысль, что аптечку не выдрали, а просто закончился ресурс и прекратилась подача обезболивающего. И, возможно, он лежит сейчас где-то на полукилометровой глубине в заброшенных лабиринтах богов. Такое вполне могло быть. На сей раз он прислушался к себе, с любопытством ожидая животного ужаса. Одинокая смерть в темноте от обезвоживания или голода была ужасной перспективой. Но вместо этого была лишь глухая обида. Всё сделанное было сделано зря. И сданный безумцам пост ящеров, и возможно погибшая Ама, и... наверное и безумцев он спасал зря. Сможет ли Штык привести их в чувство, или они пустят его на жаркое на ближайшем привале? Или завяжется бой, если они найдут девочек? Он тряхнул мордой, с силой ударив её об пол, но удара не почувствовал. Куда больше заболела шея, а в голове словно разбилось стекло, унося в забытьё, которому он не стал сопротивляться. Сделать что-либо он всё равно не мог. Потому пытать себя дальше не хотел. Может быть, перед смертью он очистится от безумия? Когда он пришёл в себя в следующий раз, он не знал. Было всё так же темно, вот только он ощущал себя немного лучше. Сквозь шум он слышал своё дыхание, а в глазах что-то рябило. Сощурившись, он понял, что это свет фонарика. Носа коснулся чей-то вроде бы знакомый запах. Этот кто-то, не говоря ни слова, приподнял голову Галса, вставив меж зубов горлышко фляги и осторожно наклоняя её. Галс закашлялся, потому что горло пересохло так сильно, что внутри защемило. Он попытался что-то спросить, но вместо этого вырвался хрип. — Спи, — послышался спокойный голос Стрелки. — Надо спать. — Я... — выдохнул Галс. Но та, погасив фонарик, вытянулась рядом. Галс осторожно прислонился своим носом к её уху. Горячее. Значит, дела плохи у него, а не у неё. Он некоторое время боролся с желанием спросить, что случилось и где он сейчас. Потом просто снова закрыл глаза. Что бы он сейчас не узнал, ему нисколько это не помогло бы. Всё, что ему нужно было — это просто отдохнуть. Третье пробуждение было другим. На сей раз, ещё не открыв глаза, он сразу понял кто перед ним. Крыска по вздрогнувшему телу поняла, что Галс пришёл в сознание. — Привет, — сказала Семка, лизнув его в нос. — Ты здесь? — уточнил он. Семка несильно сжала зубами его нос и тут же отпустила. — Теперь веришь? — Верю, — выдохнул Галс. Она зашуршала упаковкой и достала несколько галет из пайка. Отламывая маленькие кусочки, крыска клала их ему в пасть, а он жевал, стараясь не подавиться. Умереть таким образом было бы весьма глупо. — Тут была Стрелка, — осторожно сказал Галс, когда галеты закончились. — И Трут тут спал, — согласилась Семка, пощупав его уши. — Опять совсем холодный. Галс вздохнул и положил голову на лапы, пытаясь побороть ощущение неистовый пляски всего вокруг. Семка задумчиво перебирала его шерсть, а крыс лежал, стараясь то ли просто уснуть, то ли расслабится. — И ты даже не хочешь задать мне пару вопросов? — не выдержала Семка. — Не-а, — честно ответил он. — Либо всё плохо... либо очень плохо. В любом случае, я сейчас могу лишь лежать без посторонней помощи. Он попытался зарыться носом в шёрстку Семки и погрузиться в сон, но та, хихикнув, несильно тряхнула его за плечо. — Галс. Я вообще не знаю, что сейчас творится. Штык говорил, что тебя вынес Трут, которого вела Стрелка, и добиться хоть каких-то ответов ни от кого из вас было просто нельзя, — она замолчала. — Стрелка вообще до сих пор говорит несколько односложно, но почему-то считает себя обязанной тебе. — Мне сказали, что она мой ужин, но я предпочёл взять её в команду целиком, — пробормотал Галс. Он был уверен, что в этот момент Семка принюхивается и прислушивается, пытаясь понять, шутит ли он. Но в темноте, полной сторонних запахов, это было трудно сделать.
  9. Галс пытался выровнять дыхание. Здесь, в подземельях, было сыро, и оставалось надеяться, что влага не слишком быстро забьёт фильтры респиратора. Он боялся представить, какая тут вонь, потому что уже несколько раз оскальзывался на бурой жиже. Крыс шел, стараясь не думать, что это уже начавшая гнить кровь, темными ручейка натекшая от оттащенных к стенам тел. Недавно тут была бойня. Похоже, часть воронов пыталась скрыться в подземельях, где попала под действие эха стен и встретила в итоге безумцев. Кто победил, сомневаться не приходилось. К счастью, это случилось не так давно, и холод не дал трупам превратиться в настоящий кошмар. Галс быстро двигался по проходу, стараясь освещать в основном коридор. Трут нервничал, а Стрелка шагала спокойно, кажется, не замечая ни тел, ни подземелий. — Ведовой, у меня к тебе... пара вопросов, — наконец не выдержал Трут, когда они выбрались на более-менее свободный участок. — В самом деле? Трут, набравшись храбрости, продолжил. — Ты ведь одержим, да? И куда мы идём? И что это штука у тебя за спиной? — он замолчал, прикидывая очередность вопросов. — Да... Что это за штука, а? — Боевой стимулятор. Без него я бы давно лежал пластом, — Галс задумался. — Идём, как и всегда, выправлять ситуацию. А одержимость... Разве не из-за этого нас сюда сослали? — Твою за хвост, — пробормотал Трут. — Ты меня пугаешь даже больше, чем эта Стрелка! Идущая за ним Стрелка сдержанно зашипела, а Галс невольно рассмеялся. — Мы ищем эхо стен, Трут, — он задержался, подёргивая хвостом. — Если хочешь, можешь бежать обратно. — Бежать? Куда? — крыс нервно мотнул головой, покосившись на Стрелку. — Нет уж, ведовой. До конца, так... — Тогда прекрати болтать. Ты издаёшь много лишнего шума, — неожиданно открыла пасть Стрелка и для убедительности тихо зашипела. — Прекрасно. Тогда идём, — заключил Галс. Они забирались всё глубже. Следы битв давно уже исчезли, осталось лишь общее запустенье. Не было даже мёртвых богов, словно кто-то заботливо убрал привычные фигуры. Не было и огней. Казалось, они шли в бесконечном лабиринте тьмы, пока Галс не счел, что здесь уже более-менее безопасно. Остановившись, он достал аптечку безумца. Маркировка уже не казалось незнакомой. Скорее... ему просто приходилось сильно потрудиться, чтобы её прочесть. В свете фонаря простая жестяная аптечка с инъекторами казалась чем-то смутно знакомым и даже родным. — Ещё не передумал? — поинтересовался Галс. — А что такое? — навострил уши Трут. Галс достал инъектор с нужным лекарством. — Это введёт тебя в состояние дремоты, но ты сможешь идти с нами. Иначе ты попадёшь под действия эха стен второй раз. — Лучше бы тебе стоять спокойно, — неодобрительно заметила Стрелка, впервые за долгое время проявив какие-то эмоции кроме внезапного гнева. Выйдя из-под власти безумцев она, похоже, стала становиться собой. Или же она просто пыталась подражать ведущему её крысу? Это был интересный вопрос. Но для начала нужно было как-то успокоить Трута, отступившего к стене. — Какого... ведовой?! — выдохнул он. — Тут нет огней. Я не слышу звуков, но я слышу их в глубине. Это значит, что, когда мы спустимся, мы встретимся с эхом стен, — ответил Галс. — Если ты не получишь укол, ты попадёшь под их власть. Я ясно объяснил? Стрелка! Стой! Крыска, решившая было помочь ему, с неохотой отошла назад. Галс на задних лапах подошёл к подчиненному. — Трут, ты можешь пригодиться на обратном пути, — терпеливо пояснил он. — Ты и твоя винтовка. Но если ты попадёшь под эхо стен, то я не смогу тебя забрать. Поэтому расслабься. — Что б тебя, ведовой, — с бессильной злостью сказал Трут. Стрелка стояла рядом, распушившись и тихо шипя. Галс решил, что характер у крыски и без безумия был весьма сварливый. Подойдя к Труту, он одной лапой раздвинул шёрсть на шее и замер, прицеливаясь. — Готов? — поинтересовался он. — Конечно же нет, — нервно ответил Трут. — Может быть, лучше я... Галс ввёл лекарство, услышав его писк, вынул иглу, кинул пустой инъектор на пол и отошёл немного. — Твою за хвост, — пробормотал крыс, мотая головой. — Что за гадость? — Просто иди за мной Трут, — сказал Галс. — Что бы ни случилось — за мной... И направился по проходу, слыша, как нарастают звуки глубинных этажей обиталища Богов.
  10. Спустившись в ту самую комнату, крыс встал перед блоком и прочёл номера всех тех, кого он выбрал. Ящер, дежуривший около блока, под конец списка молча выскользнул из помещения и через некоторое время вернулся со всеми упомянутыми. — Теперь ты должен вести их, — сказал блок. — Можешь начинать прямо здесь. — Принято, — Галс повернулся к ним и сбросил на шею респиратор, почувствовав запахи кислоты, крови и гнили. Но это его не волновало. Он сел на задние лапы и, дёрнув хвостом, поинтересовался: — Есть ли хоть одна из вас, кто считает, что не должна выполнять мои приказы? — Я... Я... считаю. Да-да... Считаю, — зашипела одна из крыс. На ней были ожоги и следы от ран. Мутации сильно увеличили её. Галс сидел к ней боком и отлично знал, что крыска инстинктивно считает себя в выигрышном положении. Он резко метнулся в её сторону, с размаху ударив кулаком по носу сверху вниз. Не будь на ней респиратора, её зубы оказались бы около его живота. Но сейчас — сейчас его зубы оказались на её шее. Пронзительно завопив, крыска обмякла, упав на пол: работали инстинкты. Считая себя победительницей и внезапно поняв, что оказалась беззубой в обоих смыслах, а противник грозит выгрызть её хребет, она неосознанно подставила живот. Галс чуть отстранился и тихо зашипел, посмотрел на остальных, вгоняя себя в состояние бешенства. Даже хорошо, что они не чуяли запах. Он не был убийцей, и запах без слов рассказал бы, что он и помыслить не может убить ни одну из них. Но сейчас и крысы, и вороны невольно отшатнулись к стене, сгрудившись там. Наклонив морду, Галс лизнул сбитую с лап в живот, почувствовав на языке вкус грязи и нечистот. Крыска, подобрав лапы, почти уползла к остальным, когда он выпрямился. Надев респиратор, Галс тихо сказал. — Вы живы потому, что я так хочу. И будите живы, пока я этого хочу. Вам не придётся работать, как раньше. Теперь вы будете слушаться меня, — он замолчал, отлично понимая, что в этот момент они ловят каждое его слово. — Вы пойдёте за мной. — Метод признан эффективным. Ваш статус подтвержден, — заметил блок. — Вы можете вести группу. Снаряжение на выходе из комнаты. Галс первым вышел в коридор, оглядев разложенные рюкзаки. Оружия не было. Подобрав худой рюкзак с консервами и флягами, он забросил его на спину, как и моток верёвки с фонарем, после чего жестом приказал остальным следовать его примеру и быстро поймал переночевавшую с ним крыску, едва та набрала необходимое. — Ты теперь Стрелка, ясно? — он кивнул на остальных. — Будешь следить, чтобы все шли за мной. Путь указывать. Если что — сообщать мне. — Да, Галс, — сказала она. Что-то в её голосе ему понравилось. Кажется, сон пошёл ей на пользу. Остальные крысы слышали это и теперь неодобрительно косились на новоиспечённую Стрелку. Но ту это, кажется, нисколько не волновало. Пристроившись замыкающий, она тут же зашипела на замешкавшуюся ворону. Галс повёл отряд по коридору. Вышел на улицу, почти не чуя лап и не веря, что все получилось. Оказалось, что спал он довольно долго. Снова вечерело, и из-за пасмурного неба на земле было тяжело что-либо различить. На душе было странно спокойно, голоса и шёпот безумцев более не имели значения. Боги были Богами, напитав его кровь чем-то, что делало его тем, кто он есть. Его могли раскрыть. Убить. Пустить на еду. Но это не имело никакого значения. Он делал что мог. Изгой. Заражённый. Посланный на верную смерть Королевой. За ним сейчас шли те, кто не имел права на существование, забывшие не только свои народы, но и самих богов, извратившие их суть в себе, хоть и не по своей воле. Но сейчас они должны были жить, чтобы выполнить планы Королевы. Это давало их существованию смысл. Впрочем, как и ему самому. Галс шёл, привычно отмечая расположение задний, улиц и прочих ориентиров, чувствуя в голове роящиеся мысли вместо обычной сосредоточенной рабочей пустоты, дающей спокойно смотреть на мир. Это было странно, но сейчас совершенно не пугало. Возможно, память боролась с безумием, выливая целые потоки слов, заглушающие навязчивый гул шепчущих голосов. Возможно, он начал сходить с ума и теперь силился остаться хотя бы верным безумцем. Это было неважно. Лапы лучше знали дело, чем начавшая работать неправильно голова. Он пришёл к тому самому зданию, около которого велел остальным ищейкам ждать его. Войдя в пролом, Галс увидел направленные на него винтовки и, дёрнув головой, зашёл чуть дальше, пропуская в здание остальных крысок и ворон. Ищейки растерялись. Ниб, сидящий чуть в стороне, держал ручной огнемёт раструбом в землю. — Штык. Тебе удалось привести в чувство пленного? — поинтересовался Галс. — Да, ведовой, — ответил тот, не убирая винтовки. — Сейчас он подавлен, как и многие одержимые после подобного. Но может выполнять распоряжения. Почему-то Галс не сомневался, что молитвы священников окажутся теми же самыми кодами, помогающими им оставаться лояльными. Что ж. Секрет безумства некоторых ищеек становился понятным. Вследствие каких-то нелепых случайностей те слышали столь искажённое эхо стен, что сходили с ума подобно местным. Это многое объясняло. — У тебя ещё шестеро подопытных, — сказал он, кивнув на крысок. — Ты должен увести их отсюда и снять одержимость. Я знаю последствия. Но по-другому нельзя. — Хорошо, — Штык сощурился. — Но, по-моему, здесь восемь одержимых... У тебя красные глаза, ведовой. — Одержимый или нет, я всё ещё верен Королеве, Штык, — Галс сделал шаг к нему, слыша шипение Стрекли. — И я твой ведовой. Лучше бы тебе сейчас помнить это. Штык с неохотой опустил винтовку. Он мог или убить Галса и остаться против безумцев в их же собственном городе, без надежды победить в этом бою, или всё-таки поверить ведовому. Нервничающий Ниб открыл клюв. — Но что делать с ними? — он кивнул на ворон. — Они тоже... одержимы? — Да, — Галс только сейчас понял, что всё это время говорил на языке воронов. — И твоя задача сохранить им жизни, Ниб. Это важно. Приказ ясен? Тот замер, потом медленно кивнул перенятым у крыс жестом. — Трут, Стрелка, за мной, — сухо велел Галс. — Вы мне нужны в подземелье. — Какого... ведовой?! — выдохнул в конец растерявшийся Трут. — Ты меня к... этим хочешь? Галс почувствовал необычное для него ледяное раздражение. — Не слышал приказа? — поинтересовался он. — Или ты забыл, где находишься? — Ты сколотил отряд из безумцев ещё до назначения? — уточнила Стрелка. Галс почувствовал, как под респиратором появляется ухмылка. Определённо, в чём-то она была права. — В каком-то смысле. Штык. Ниб. Ведите отряд. Ваша задача не потерять никого из личного состава. Встреча на второй точке. Если станет понятно о моем провале — выбирайтесь с острова. До этого момента группы не сливать. От вновь прибывших информацию о второй группе пока скрывать из опасения захвата, — он повернулся к крыскам и воронам. — Подчиняться Штыку как мне. Неподчинение — смерть. Ясно? — Да, Галс, — хором ответили они. Молча повернувшись, крыс пошёл вглубь руин. В памяти была подробная карта зданий и входов в подземелья. Сейчас он сделал всё что мог. Что будет с новой группой? Со старой? С ним? Он не знал. Большего чем сейчас, он не мог сделать при всём желании. Он не взял своего прежнего снаряжения, надеясь, что оно пригодится Штыку больше чем ему. Наверное, стоило бы отнять винтовку и у Трута, но без неё крыс скорее всего просто отказался бы идти, устроив самый натуральный бессмысленный бунт, завязанный на нервном срыве. Так что пока лучше было оставить ему оружие. А пока... Глас шёл, слыша, как за ним идут двое. Это было хорошо. Значит хоть, что-то он в них понимал.
  11. Разбудил его звук открываемой двери. Незнакомый ящер положил перед Галсом стопку бумаг и молча вышел. Нехотя пошевелившись и отрегулировав фонарь, Галс направил свет на листки. Правда, крыска не очень захотела его отпускать, в полудрёме прижимаясь к единственному источнику тепла, так что пришлось извернуться, притягивая их поближе. Оказалось, что стопка бумаг скреплена папкой, а на самой папке заботливо выведено предупреждение, обведенное в рамочку: «Внимание! Документы старого образца и низкого уровня секретности, для образцов, не имеющих подключения к сети. Таковым рекомендуется обратиться к ближайшему отделению хирургии по достижению необходимого ранга». Дёрнув хвостом, Галс открыл папку. Первой страницей шла памятка-инструкция: «У вас есть шесть часов на принятие решения относительно представленных вам образцов. Все представленные образцы могут выдержать терапию, но она не даст полноценных результатов. Процент таких несчастных случаев составил примерно 10% от каждой базовой популяции. Напоминаем, что, несмотря на отсутствие чётко заданного лимита, вам не рекомендуется излишне расходовать ресурс. После выбора образцов спуститесь в комнату, где вами был завербован первый член команды, озвучьте номера интересующих образцов, и они будут доставлены к вам. После вы обязаны немедленно приступить к выполнению разведки подземных коммуникаций, план которых будет вручен там же». Перевернув лист, крыс посмотрел на список. Ящеры. Драконы. Вороны. Крысы. Первым делом он отложил последние две рубрики, отсеял оттуда все мужские анкеты. И всё, кроме получившихся двух стопок, вернул в папку. Крысиные анкеты он даже не думал перебирать. Женщин, вне зависимости от их состояния, он намеревался спасти всех. Иметь дело с безумными мужчинами он не хотел принципиально, чувствуя инстинктивную ярость по отношению к тем, кто вместо того, чтобы защищать родное гнездо, позволил себе сойти с ума. Говорят, подобное чувство заложили Боги. Может быть. Галс не собирался спорить. Другие же виды... Ворон он взял лишь по одной причине: среди его подчинённых имелся Ниб, который, возможно, знал, как привести их в чувство. Но много ли он сможет сделать для них оставалось загадкой. Отложив анкеты крыс, которых оказалось шесть штук, Галс стал листать анкеты ворон, пытаясь понять, с кем имеет дело. Для начала он решил ориентироваться на возраст, отобрав как приоритетные те, где в графе предполагаемых лет было указанно меньшее число. Таким образом в его лапах оказалось лишь две анкеты. К ним вместо клочка шерсти было прикреплено по перу, но их запах ничего не говорил Галсу. Он вообще мало знал о воронах, поэтому просмотрел первую анкету. «Образец расходного класса. Временный номер Р-234. Пол: женский. Предполагаемый возраст: 9-12 лет. Психиатрический анализ: острая неврастения. Амнезия. Депрессия. Навязчивые идеи. Дополнительные параметры: нарушение сна. Повышенная утомляемость. Физические данные: перестройка организма, вызвавшая уменьшение мышечной массы. Образец не годен для физических работ. Дополнительные параметры: изменена пигментация когтей и клюва. Краткая характеристика: пыталась самостоятельно провести эвтаназию образцов, проходящих хирургическое улучшение, утверждая, что это противоречит воле Богов и их протоколам. Пыталась оказать сопротивление при задержании. Курс интенсивной химиотерапии лишил её части приобретённых воспоминаний, но все хирургически улучшенные образцы по-прежнему вызывают агрессию. Обнаружена попытка саботажа. Образец задержан для дальнейшего курса лечения. После курса образец впал в длительную депрессию и утверждает, что в состоянии бороться с приступами агрессии. Однако физически не может выдержать необходимого для эффективной работы темпа вследствие начавшихся изменений и последствий курса. Предположительно, отмена курса может увеличить работоспособность, но так же уменьшит лояльность к хирургически изменённым образцам. Заключение: перевести образец в класс расходных и присвоить номер Р-234. Дополнительные данные: в виду запроса образца «Галс» дело направленно на перерассмотрение. Ликвидация образца Р-234 отложена на шесть часов с момента вручения дела образцу «Галс». Отложив бумаги и даже не взглянув на вторую анкету, Галс уверенно взял стопку с делами крыс и обеих ворон. Всех вытащить он и не рассчитывал, но попытаться был должен. Пошевелив спящую рядом крыску, он сказал: — Нам пора. Вставай. — Да, — та с явной неохотой выпустила его и начала застёгивать комбинезон. Галс сделал то же самое, проверяя снаряжение. Последним он закрепил на перевязи фонарь и потушил его, сразу после того, как открыл дверь в тускло освещённый коридор. Пора было действовать. За ним шла его новая подчиненная. На сей раз вместо холодности в её глазах мелькало странно хмурое выражение, но при этом Галс не чувствовал на себе никаких раздражённых взглядов. Возможно, это был хороший признак. Во всяком случае, он старался думать именно так.
  12. А история повторялась. Галс сидел в неуютной промозглой комнате с занавешенной мешковиной окном. Единственным источником тепла здесь была принесённая им пленница или же напарница. За всё время, пока он её нёс, та не сделала никаких попыток вывернуться, решив изображаться на неживое тело. И сейчас, сгруженная на матрас, она не пыталась поменять позу. Заперев дверь, Галс побегал по комнате, стараясь согреться, потом с раздражением покосился на окно. Тепла от мешковины было чуть, а тот убогий свет, что прорывался в комнату, едва позволял хоть что-то увидеть. — Ты понимаешь меня? — поинтересовался он у крыски. — Доволен? — как заведённая спросила она. — Доволен тем, что есть, да? Сумасшедшая начала медленно подниматься с матраса, и Галс тихо вздохнул: кажется, кто-то просился на второй раунд. На этот раз он не дал ей броситься. Вместо этого, сорвав респиратор, он бросился первым и, сбив грудью, укусил за загривок, так, как взрослые иногда треплют совсем уже зарвавшихся детей. Издав громкий писк, крыска рванулась, но Галс, стараясь не прокусить кожу, мотнул головой, не давая ей этого сделать. Наконец она прекратила пытаться вырваться и, как положено в таких случаях детям, обвисла. Выплюнув клочки чужого меха, Галс долго шарил по поясу, а потом и по поясу пленницы, на сей раз испуганно забившейся в угол, пока не нашёл что искал: небольшой фонарь. Включив его, Галс некоторое время всматривался в красноватые, полные безумия глаза. Кажется он понимал, почему блок собирался пустить этот неудачный образец на органы. Открыв аптечку, он изучил её внимательней и нашёл-таки инструкцию. Странная маркировка оказалась вороньей причудой, по их мнению, сокращающей время поиска нужного лекарства. Маленький пожелтевший листок включал в себя полный перечень лекарств на вороньем. Найдя успокоительное, он подошёл к сумасшедшей, зубами скинув с одноразового инъектора колпачок. — Доволен? Тем, что есть, доволен? — повторила она. — Недоволен, — сказал он и с размаху вколол содержимое ей в лапу. — Потому ты успокоишься. Она попыталась вырвать лапу, ударив его другой, но яростное шипение крыса заставило безумную замереть на месте. Выкинув инъектор, он лёг на пол рядом с матрасом, неудобно закутавшись в свой плащ. — Ты... — снова начала она. — Нет, недоволен, — проворчал Галс. — А будешь повторять одно и то же — съедят. Понимаешь? Успокоительное действовало, потому что взгляд безумной стал более осмысленным. — Недоволен... — неожиданно сказала она со странной задумчивостью. — Почему? — Не люблю, когда кого-то едят, — сухо ответил Галс. — И, чтобы тебя не съели, нужно слушаться меня. Ясно? Некоторое время она лежала, не двигаясь, потом свернулась, поблёскивая в свете фонаря глазами, словно была нормальной крысой. — Если слушаться... не съедят? — почти нормальным голосом уточнила она. — Если меня, то нет, — уверил её Галс. Сумасшедшая снова замолчала. Решив, что это нужно, крыс встал и, достав из аптечки ещё одно успокоительное, вколол ей, на этот раз не встретив никакого сопротивления. Когда он вернулся на своё место, крыска зашевелилась, расстегивая старый комбинезон. — Если будешь на полу — можешь умереть. Или сгореть... От лекарств. — Хочешь мне помочь? — с любопытством уточнил Галс. — Почему? Крыска некоторое время молчала, в самом деле думая над ответом. — Ты не хочешь меня съесть и не дал съесть другим. Но, если умрёшь, будет по старому, — она сделала паузу и с другой, строгой интонацией сказала: — Иди в тепло. — Логично, — согласился крыс, расстегнул плащ, надел респиратор и залез к ней, закутав обоих в кокон из одежды. Теперь у сумасшедшей были все возможности убить его: например, упершись когтями задних лап ему в живот, резко провести вниз. Но Галс догадывался, что та не станет этого делать. Какой бы ни был её программный сбой, но успокоительное почти приводило её в норму. Это обнадёживало. Холод, начавший уже пробирать до костей, сейчас отступал. Лежа рядом, он чувствовал, насколько изменилось тело крыски. Словно удлинившись, оно стало странно костлявым и при этом под лапами даже в спокойном состоянии чувствовались узлы мышц. — Какая твоя задача? — уточнил Галс. — Делать систему довольной, — забубнила безумная. — Устаю. Много делать. Мало отдыхать. Не понимаю... забываю... Галс несильно сжал лапу на плече крыски. — Сейчас твоя задача делать довольным меня, чтобы не быть съеденной, так? — напомнил он. — Да, — согласилась сумасшедшая. Галс кивнул, чувствуя, что контакт налаживается. — Поэтому ты сейчас заснёшь и отдохнёшь, и будешь впредь отдыхать, а не работать на износ. Ясно? — Ясно, — тихо ответила та и мгновенно закрыла глаза. Галс некоторое время подозрительно смотрел на сумасшедшую. Кажется, та и в самом деле погрузилась в сон. Может, она была не настоль безумна, как казалось? Просто испорченная программа довела до срыва? Оставалось надеяться на это. Он сам закрыл глаза, погрузившись в чуткий тревожный сон.
  13. Когда ящик наконец опустел, один из крыс знаком показал им оставаться. Другой молча достал из сумки армейский паёк и, вынув оттуда две галеты, одну протянул Галсу. После чего направился в одну из боковых комнат, оказавшуюся пустующей на данный момент операционной. Там они сняли маски, и Галс невольно сморщился от сильного запаха старой крови, падали и кислоты. Он закашлялся и вгрызся в галету, одновременно услышав кашель безумца, сидящего рядом. Быстро доев, крыс отхлебнул из фляги, только сейчас поняв, что всё это время она была с ним, и протянул безумцу, что благодарно её принял. Глас покосился на операционную. — Не вижу на тебе шрамов, — заметил он безумцу, надевая маску на место. — Как и на тебе, — на языке воронов скрипуче огрызнулся тот. — Чтобы получить силу нужно выслужиться. Галс кивнул, отлично понимая его. Чтобы получить что-либо, нужно было быть полезным. Теперь становилось ясным, почему его появление не вызвало никаких вопросов у других безумцев: его приняли за своего не в меру перепуганного «центром» коллегу. — Было бы перед кем, — проворчал Галс, задавая наводящий вопрос. — Перед мастерами... мастером... мастерами... — безумца словно заклинило. Галс поправил маску, косясь на покачивающегося на месте безумца, потерявшего связь с реальностью. — Тебе плохо? — осторожно уточнил он. — Тебе хорошо? — неожиданно зло спросил безумец и бросился на него. — Отвечай! Хорошо?! Галс чуть провернулся, пропуская напавшего мимо себя, и сжал его шею, не давая сделать вдоха. Некоторое время тот бился, пытаясь скинуть Галса, потом обмяк. Подержав ещё немного, крыс отпустил его, убедившись, что тот потерял сознание. Потом, не выдержав, сорвал респиратор и прислонился ухом к чужому носу. Дыхания не было. Выругавшись, Галс снял свой респиратор и, открыв безумцу пасть и зажав нос, вдохнул в лёгкие воздух, попутно поняв, что ошибся. Это был не безумец, а безумная. Изорванный комбинезон, притянутый многочисленными ремешками, просто путал его. В этот момент в комнату зашёл ящер, катящий живой блок. Увидев Галса, он хищно облизнулся и алчно уточнил: — Ешь? — Нет, — оторвавшись от своего дела, ответил Галс, в очередной раз сдавливая живот безумной. В какой-то момент та закашлялась, но в сознание не пришла. Ящер попытался открыть пасть, но Галс молча достал длинный нож, и чешуйник с явным неудовольствием вернулся к блоку, подключая его к вездесущим проводам. — Материалы... еда... — бормотал он. — Прямо на полу... Нож показывает... Зачем нож... Еда... Жадный... — Материалы могут быть использованы для более удачных образцов, — неожиданно заметил блок. — Неудачные материалы могут быть утилизированы не только в пищевых целях. Это повысит статус. Галс невольно передёрнулся. И от противного чужого привкуса во рту, и от самого предложения, более неприятного, чем предложение ящера. — Как ещё можно повысить статус? — уточнил он, надевая респиратор на пострадавшую. — Иметь высокий интеллект. Силу. Стойкое мышление, — сказал блок. — У вас наблюдается редкая для инфицированных уравновешенность. Ваш ранг уже повышен. На этом ранге необходимо имя. Запрос? Галс надел респиратор и на себя, жалея, что не может прополоскать рот. Всё-таки чужая слюна была неприятна, особенно так отдающая лекарствами. — Галс, — спокойно ответил он. — Что с ней? — Данный образец неуравновешен. Медикаменты с трудом подавляют агрессивное поведение. Рекомендуется переработка, — сообщил блок. — Дальнейший расход средств неэффективен. Галс невольно взглянул на неизвестную ему безумную крысу и снова посмотрел на блок. Крысы, ящеры и вороны явно не успевали. Кто знал, какая божья сила могла встретить их на подходе. Это означало, что точный удар можно было нанести разве что изнутри. — Я располагаю полезной информацией, — неожиданно для себя сказал он. — К северо-востоку, в бывшем городе у залива располагается база ящеров. — Информация отправлена дозорным. Информация проверяется. Причина откладывания информации? — уточнил блок. Галс почувствовал, как на морду наползает ядовитая ухмылка. — Поиски еды. Выполнение низкоуровневых поручений. Отсутствие мотивации. Достаточно? — изложил он. — Вполне, — блок замолчал. — Информация проверена и подтверждена. Ваш ранг поднят. Ваше пожелание по выбору должности? Галс придавил лапой попытавшуюся пошевелиться крыску. — Наземная разведка местности. Подземная разведка местности, — не спеша начал он. — Возможно, повышение ранга низкоуровневых образцов. — Принято. Нам необходима группа исследования неподконтрольных участков подземелий для поиска энергоресурса, — блок замолчал, размышляя. — Что требуется? Галс почувствовал, что ему, кажется, второй раз подряд предлагают стать ищейкой. — Каталог доступных низких образцов вроде этого, которые подготавливаются для переработки, — он кивнул на тело. — Кстати этот образец уже должен быть включён в мою команду вместе с необходимыми медикаментами. Блок некоторое время молчал. — Принято. Ваша камера размещения находится через... Поворот направо. Поворота налево. Ярус выше. Шестая дверь с правой стороны. Необходимое, а так же план задания будет доставлено туда. — Благодарю, — спокойно сказал Галс. Взвалив крыску себе на спину, он зашагал в том направлении. Он не любил сумасшедших, но оставлять её на органы или в пищу тому ящеру не собирался. Да и вообще, стать ищейкой на службе безумцев сейчас было лучшим выходом. Это позволит получить полный доступ к их тщательно скрываемым данным.
  14. donger9, лишь на одном арте (первый к рассказу на 100% отношения не имеет). В самом же "рассказе" не каких признаков кицуне не фигурировало.
×
×
  • Create New...